Быть священником в шахтерском городке Ровеньки, что на Луганщине, не просто. Тревога для жителей этих мест – постоянное чувство. К этому состоянию люди давно привыкли: в мирное время тревожатся за спускающихся в шахту близких, в военное – за тех, кто идет в бой, едет с гуманитаркой, попадает под обстрел. Где искать покой и надежду? Конечно, в церкви. К отцу Александру Авдюгину идут и ровеньковские женщины, отправившие своих мужей и сыновей на фронт, заезжают перед отправкой в бой и российские солдаты с офицерами, ну и БТРы с грузом «200» нередко заруливают на церковный двор, чтобы батюшки отпели убиенных по православному обычаю. Более 35 лет отец Александр несет свое послушание на земле Луганщины.

Не те герои и не те вопросы

А началось все с того, что советский школьник Саша Авдюгин очень любил читать.

Хорошие книги в то время были дефицитом. В родительской семье (бухгалтера и инженера-строителя) книга всегда считалась лучшим подарком. С этой народной мудростью Александр Авдюгин – популярный блогер и известный православный прозаик, священник в храме-часовне св. прав. Иоакима и Анны в города Ровеньки (Луганская Народная Республика) – согласен и по сию пору. Более того, по его словам, именно книга, а точнее, литература и привела его к Богу.

Дело в том, что читал Саша Авдюгин много и вдумчиво. Нередко в герои выбирал совсем не тех, кого требовала школьная программа. Интересны юному читателю были герои мыслящие, задающиеся вопросами и ищущие ответы.

«Центром чтения советского школьника была русская классика. Читая отечественных писателей, мы с друзьями обсуждали литературных героев. И приходили к неожиданным выводам, главный из которых: вся русская литература – о Боге. Дальше – больше, начинались вопросы, почему умные, талантливые люди относились и к Богу, и к вере совсем по-другому, не так как современники, – вспоминает наш собеседник. – В конце концов, дело дошло до того, что мы взяли в ростовской библиотеке «Словарь атеиста», академическое издание, где были пространные библейские цитаты, толстый такой фолиант, и по нему начали изучать православную веру».

Уже в 70-годы, будучи студентом, Александр смог купить Библию. На книжном развале, тогда он находился в Ростове в парке Островского, она стоила 300 рублей (две зарплаты советского работника). Деньги на ценное приобретение, будущий горный инженер, заработал на «шабашке», во время летних каникул.

Затем уже после женитьбы и рождения дочери произошла у Александра судьбоносная встреча со священником из Белгородской области.

«Нас объединил интерес к литературе. Это уже был конец восьмидесятых, начало нового мира. В толстых литературных журналах начали печатать тексты ранее запрещенных русских писателей, как классиков, так и современников. Оказывается у Достоевского, кроме изучаемого «Преступления и наказания», есть еще и роман «Бесы» никак не вписывающийся в парадигму соцреализма, а у Бунина существуют «Окаянные дни», иначе рассказывающие о революционных днях 17-19 годов. Стало возможным прочесть Платонова, Пастернака, Дудинцева, чуть позже Солженицына. Когда этот белгородский священник привел меня в свой дом и показал книжный шкаф, где стояли произведения Лескова, Достоевского, – я пропал для горной инженерии», – смеется отец Александр.

По совету белгородского священника отправился Александр в Свято-Введенский Оптинский монастырь, о котором читал в «Братьях Карамазовых» Федора Достоевского.

«Захотелось посмотреть и сравнить описания Федора Михайловича с современными реалиями. Монастырь и монахи реальные или очередной театр в православном антураже?», – говорит наш собеседник.

Сравнивал почти год. И понял – настоящее. Более того – это то, чему Александр Авдюгин решил посвятить свою жизнь.

Единый могучий Советский Союз

В ноябре 1990 наш герой уезжал из Оптиной пустыни с рекомендацией на рукоположение, написанной наместником архимандритом Евлогием (позже митрополитом Владимировским) и архимандритом Мелхиседеком (Артюхиным).

«Тогда отец Мелхиседек был игуменом, благочинным монастыря и главой издательского отдела обители. Именно под его покровом и его молитвами я и возрос до сана священнического. Прощаясь перед отъездом, он вручил мне 200 рублей, заявив, что они мне обязательно вскорости пригодятся», – вспоминает отец Александр.

Не прошло и несколько дней, как появился повод потратить деньги от монастырского наставника. Начинающий батюшка, рукоположенный владыкой Луганским Иоанникием (тогда Ворошиловградским и Донецким епископом), получил от секретаря епархии кроме поздравлений трехтомник Толковой Библии со словами: «Владыка благословил всем ставленникам, после рукоположения, читать, изучать и знать. Отдашь 200 рублей, как наслужишь». Священнослужитель Александр Авдюгин традиционно потратил деньги на книги, те самые 200 рублей.

Первым местом служения отца Александра стал приход села Ребриково Антрацитовского района. В 2005 году получил новое послушание: настоятельство в храме-часовне св. прав. Иоакима и Анны в города Ровеньки, построенного в честь и память погибших шахтеров. Здесь же, на Луганщине, пережил со своими прихожанами все государственные реформы.

«Когда я начинал свою службу, был единый могучий Советский Союз. Я пережил в своем городке многие власти. У меня в сумочке пять паспортов хранятся: советский, украинский, украинский международный, ЛНРовский и российский, – говорит наш собеседник. –Но всегда и при любой власти я не делил наших прихожан на русских и украинцев. Мы – один народ. Кто я, если у меня мама – Дмитриенко, а папа – Авдюгин? Я спокойно могу спеть «Знов зозулі голос чути в лісі» и никто не скажет, что батюшка вражьим языком пользуется. Все эти разногласия пошли не по воле народов. Ну, не было никаких расхождений среди простых людей. Даже после того, когда прилетели первые снаряды по нашему городу и погибли люди, не возникла вражда».

По мнению отца Александра, разделение русских и украинцев насаждалось сверху. Понимание этого пришло в 2013 году, когда увидел над деревнями Львовщины бандеровские флаги. Потом ощутил враждебность на встречах с коллегами в Киево-Печерской Лавре.

«Поголовное презрение всего русского, какая-то нестерпимая ярость. Стало как-то жутко, я понял – нас разделили. А уж когда возвращался домой и увидел расстрелянную машину – пришло осознание войны, – говорит священник. – Войны не украинцев и русских. А войны идеологий. Мои прихожане как были родными друг другу людьми, братьями и сестрами во Христе так ими и остались. Вот только братьев сильно уменьшилось. В нашем городе мужчин нынче мало: все – там, на линии фронта. Причем, ушли не убивать, а защищать своих».

Православная литература

Особенно обидно было ощущать навязанное разделение отцу Александру в своей среде, между священнослужителями. Сильно печалится он по тем, с кем вместе учился, служил, проповедовал, делал одно дело. Добрым словом поминает тех, с кем издавал книги и журналы, общался на форумах и всевозможных писательских встречах, даже если сейчас бывшие единомышленники и по ту сторону баррикад.

«Мы вместе проводили серьёзные конференции литературные, журналистские, миссионерские. Два раза в год обязательно собирались, общались. Планы строили…, – замолкает священник. – Я с Андреем Кураевым был очень дружен. Многие священники на его форуме общались, обсуждали насущные темы. Именно на кураевском православном интернет-форуме появились мои первые литературные работы».

Многие, и не только ровеньковский батюшка Александр Авдюгин, открыли для себя целый пласт православной литературы. Ими оказались незаслуженно забытые русские писатели, которые были беспощадно выброшены из того, что должны были знать советские люди.Те, кто были допущены до сознания жителей СССР, подвергались безжалостной цензуре. Тот же Гоголь остался на уровне мистических сказок. А ведь его книги, по мнению Авдюгина, насквозь пропитаны православием. Да и советская литература, как бы не открещивалась от Бога и веры, все-таки полнахристианскими ценностями. «Не упоминая Бога, к Богу ведёт», – очень точно говорит о ней наш собеседник.

Очерки и зарисовки луганского священнослужителя привлекли внимание писательницы Юлии Вознесенской. Она собрала их все, отредактировала и отнесла в московское издательство «Лепта». Так появились первые «Приходские хроники», а, затем, и вторые. Это теперь книги отца Александра – «Господь управит», «А настоятель молится», «Батюшкин грех и другие рассказы», «Приходские рассказы», «Отец Стефан и иже с ним» – хорошо известны православной России. Они о самых серьезных, духовных вещах, но написаны с подкупающим, неподражаемым юмором.

«Священник – такой же человек, и ничто человеческое ему не чуждо. В том числе и юмор. Дело в том, что юмор прекрасен, когда он искренен, когда в нём заключается и твоя мысль, и твоё сердце. Когда юмор и ирония используются с любовью и не имеют целью кого-то обидеть или унизить. Поэтому любой юмор ни в коем разе в православии не запрещён. Юмор должен приводить к добрым чувствам», – убежден отец Александр.

Батюшка в интернете

С первых православных форумов начал ровеньковский батюшка и свою деятельность в интернете. Тогда не было модного словечка «блогер», а уж тем более «инфлюэнсер», но по сути это было именно то, чем занимался отец Александр.

«Не все приветствовали мои интернет-интересы. Проблемы были в том, что некоторые священники со мной отказывались служить, потому что я «в интернате сижу», как они интернет называли. Многие прихожане отказывались на исповедь идти, потому что «он в этом бесовском ящике общается с теми силами, от которых тут спасаться надо. Конец света послезавтра, а они в интернете сидят». Да и Владыки разные попадались. Порой и пальчиком грозили, – вспоминает православный блогер Авдюгин. – Но, в результате, ничего страшного не случилось. Развивался интернет, менялись и взгляды на него. А потом пришло понимание на самом верху: 4 года назад был создан Совет священников блогеров при Синодальном отделе ВЦОиСМИ, который объединяет всех активных священнослужителей, которые работают в интернете по благословению его Святейшества Патриарха Кирилла».

Следующим вызовом времени для русской Православной Церкви станет, конечно же, искусственный интеллект. Понятно, что без него уже современный человек не мыслит своего существования. Но нужно помнить, что базу, на которой развивается искусственный интеллект, заложил в него человек. То есть человеческие понятия, правила, принципы. И неизвестно какими целями этот человек-создатель руководствовался.

«Я говорю сейчас о роликах, каналах, созданных нейронными сетями на православную тему. Иной раз смотришь на «благочестивую» личину какого-нибудь «батюшки» или «старца» и понимаешь – любви там нет. Говорит все правильно, четко формулирует, ударения правильно ставит, как молиться рассказывает, суть праздников раскрывает, но – нет там неповторимой личности, нет там тепла и любви к человеку. Эти вопросы мы уже тщательно рассматривали в Патриархии, даже специальная группа создана», – говорит отец Александр.

РПЦ не отвергает ИИ как технологию, но проводит жёсткую границу – ИИ не должен подменять человека в сферах, где существенны душа, совесть и нравственный выбор. Хотя феврале этого года в Собрании духовенства Московской митрополии патриарх назвал бесконтрольное развитие ИИ «апокалиптической темой». Ключевой аргумент: «это интеллект, а не душа, а нравственность – измерение духовное. Никакого духовного измерения в искусственном интеллекте не будет – только рациональное начало». Отсутствие любви – так называет это ровеньковский батюшка.

Вера – дело добровольное

О чем бы мы не говорили с нашим героем, мы постоянно приходили к одному – рано или поздно любой человек приходит к Богу. Разными путями. Пусть это будет встреча с местным батюшкой на крестинах детей, или интерес к литературе, как у нашего собеседника, или неожиданно всплывший в интернете и зацепивший внимание блог священнослужителя – все равно человек придет к вере. Но пройти этот путь человек должен сам.

«Научить православию нельзя, любая Вера, навязанная силой – неверная, это аксиома. Когда тебе говорят, что для того, чтобы ты был православным, тебе нужно обязательно иметь светлую блузку, тёмную юбку и платок на голове, – это далеко от православия. Знаете, чем больше священник начинает говорить слово «должен» в своих речах, или на проповеди, или в СМИ, тем быстрее от него отодвигаются люди. Никто никому ничего не должен. Вот в чем все дело. Человек в праве сам понять и сам принять решение», – подводит итог нашей беседе священник из шахтерского городка Ровеньки протоиерей Александр Авдюгин.

Фото и видео: личный архив Александра Авдюгина